Протекционизм — внешнеторговая политика успешного государства

— Обновлено:
Протекционизм — внешнеторговая политика успешного государства
Фото: winterhawk.com
Ратмир Белов
Журналист-райтер

Еще в XVII веке в Европе, в пору разрушения в королевствах и княжествах феодально-сословного мировоззрения и роста торговых связей между регионами, последователям меркантилизма стали очевидны принципы обогащения государств.

Один из проницательных меркантилистов, австриец Филипп фон Хёрнигк, изложил в 1684 году свой взгляд на «Принципы товарной политики успешного государства». Кратко суть экономического успеха государства по Ф. фон Хёрнигку укладывается в пять тезисов.

  1. Экспорт всегда должен превышать импорт.
  2. Ограниченные ресурсы государства перед экспортом должны быть подвергнуты максимально возможному переделу.
  3. Импорт должен представлять собой ввоз товаров с минимальным переделом.
  4. Высоколиквидные средства обмена должны накапливаться в стране.
  5. Население страны должно быть максимально большим с учетом возможностей страны.
Глобализация: причины, последствия, проблемы, роль в мировой экономике
Глобализация: причины, последствия, проблемы, роль в мировой экономике

В период промышленного капитализма идеи меркантилизма воплотились в системе экономической политики протекционизма, и активно использовались всеми молодыми капиталистическими державами Европы.

С развитием капиталистических отношений, ростом финансовой составляющей экономики положения меркантилизма были видоизменены, но суть мер протекционистской политики государств не изменилась и в XXI веке.

Восточноазиатские «экономические чудеса» без свободного рынка

Все признанные «экономические чудеса» эпохи капитализма основывались на комплексе протекционистских мер. Популярные примеры экономического успеха связывают с историей развития Сингапура и Южной Кореи, стран, прозванных «экономическими тиграми». Однако именно в этих странах экономический скачок был обеспечен «концентрированным» протекционизмом.

Появление сингапурского экономического чуда — это прямое следствие диктатуры выдающегося политика, сингапурского китайца Ли Куан Ю, занимавшего должность премьер-министра с 1959 по 1990 годы.

Сингапур в 1960-е годы, после получения независимости, представлял собой беднейшее островное государство, с массой проблем типичных для бывшей британской колонии. Дипломатический гений Ли Куан Ю обеспечил безопасность многоконфессионального Сингапура, окруженного мусульманскими государствами. Выстроенный жесткий диктат в судебной системе обеспечил подавляющее количество выигранных государством дел против частных компаний, включая СМИ.

Protectionism
Фото: futurehandling.com

Политическая стабильность обеспечивалась и обеспечивается доминированием единственной политической партии в Сингапуре. Коррупцию в стране победили посредством беспрецедентно высоких зарплат судей и чиновников и крайне жесткими мерами в отношении обвиненных высших государственных чинов.

Политическая диктатура послужила основанием для экономической стабильности. Лишенные страха рыночной неопределенности, присущей развивающимся странам, западные инвесторы активно начали вкладывать средства в экономику Сингапура. Приветствовались инвестиции в самые разные отрасли для обеспечения занятости бедного населения. Развернулось строительство жилищного фонда, ориентированное на создание среднего класса.

Биткоин — валюта будущего?
Биткоин — валюта будущего?

За три десятка лет Сингапур превратился в высокоразвитую страну. И все это происходило на фоне почти полного отсутствия в стране свободного рынка. Между тем, ежегодный рост ВВП на 14% (в 1990-е годы) сопровождался и сопровождается низкими налоговыми ставками, жесткой регламентацией общественной жизни, высокой долей участия государства в системе образования, низкой коррупционной составляющей экономики, отсутствием свободной прессы, отсутствием демократических институтов, однопартийной политической системой, антигуманной пенитенциарной системой. Кроме того, власть в Сингапуре передается, практически, по наследству.

Очень похожие «диктаторские» истории есть и в других странах, причисленных к «восточноазиатским тиграм». «Чудо на реке Ханган», название для экономического чуда Южной Кореи, состоялось в результате жестких мер, вводимых в стране в рамках особой экономической политики. Огромные льготы для иностранных инвесторов, государственное участие во внешних задолженностях компаний, особый режим для работы совместных предприятий. Кроме того, жестко отслеживались эффективность и целевое расходование средств частных компаний, опекаемых государством. Средние и крупные инвестиции согласовывались с правительством Южной Кореи.

Все это происходило в стране в условиях жесткой государственной «диктатуры развития», которой руководил генерал Пак Чон Хи.

В Южной Корее до сих пор многомиллиардные корпорации-конгломераты принадлежат семейным кланам — чеболям, не допускающим мелкий и средний бизнес в высокорентабельные сферы экономики. Около половины ВВП Южной Кореи приходится на чеболи, что подтверждает отсутствие свободного рынка в стране поныне.

Для «экономического чуда» на базе иностранных инвестиций всегда требуется жесткая диктатура с предсказуемой политической ситуацией и прогнозируемой экономической конъюнктурой. По сути, это своеобразная форма колониализма, где эксплуатируется главный ресурс любого капитала — человеческий труд. Диктатура нужна для мобилизации трудовых ресурсов. Если собственная база минеральных ресурсов мала, то организуется ввоз сырья.

Чёрный лебедь — чёрные последствия
Чёрный лебедь — чёрные последствия

Переработка сырья посредством дешевого труда сингапурцев или корейцев возвращает прибыль инвестору, капиталы которого «национальности» не имеют.

Подрезанные крылья русского протекционизма XIX века

История знает примеры успешного развития государств, проводивших экономическую политику протекционизма с использованием внутренних ресурсов. Так характерным признаком экономического развития России второй четверти XIX века был жесткий режим протекционизма в тарифной политике.

Protectionism
Фото: medium.com

В России конца XVII и начала XIX веков мода на шотландскую философию и учения А. Смита пришла из высших кругов власти. Либеральные ценности наряду с экономическими свободами звучали и в высочайших речах и прописывались в лозунгах декабристов. Результат либерализма в экономике — промышленный рост в начале XIX века остановился на уровне крепостных мануфактур с неизбежно экстенсивным способом развития.

После восстания декабристов в 1825 году экономические идеи А. Смита, популярные при Екатерине II и Александре I, вошли в одни список с «вредными» либеральными догмами. Так политические изменения привели к определенному изоляционизму, что благоприятно отразилось на протекционизме, как экономической политике России в 1830 — 1850-х годах при Николае I.

Утопия — идеальное место, которого нет
Утопия — идеальное место, которого нет

Основой экономической политики правительства Николая I был ряд жестких нововведений во внешней торговле. Ввоз ситца и сукна, стратегических продуктов того времени, был запрещен. Импорт чугуна облагался шестикратной пошлиной, пошлина на сталь составляла 250%. Средства от тарифных сборов шли на поддержку собственных промышленных мануфактур и заводов.

По оценкам историков, темпы промышленного роста в «протекционистской» России с 1830 по 1860 годы превышали среднеевропейские в несколько раз. К концу первой половины XIX века функционировали 27 механических заводов, 125 предприятий литейного дела. К середине 1850-х годов появились стратегически значимые технологические разработки производства листов корабельной брони и стального проката. Тогда же активно строилась сеть телеграфной связи, закладывался пароходный флот на Черном море, активно строились паровые машины собственной конструкции для поездов и пароходов. Система образования медленно перестраивалась под запросы «промышленной революции», подготавливая инженерный корпус России. Выдающиеся военные инженеры превратят ракетное оружие из банальных петард в ощутимую угрозу для противника, освоив производство ракетных систем Константинова. А минное заграждение Бориса Якоби на Балтике сведет на нет планы западной коалиции по захвату акватории Финского залива и Петербурга.

Во многом государственное участие в экономике России противоречило экономическим соглашениям стран Западной Европы середины XIX века. Никакие увещевания представителей деловых кругов Франции и Британии не смогли убедить Николая I в необходимости отмены невыгодных для западного предпринимательства тарифов и пошлин на ввозимые ими товары. Российская промышленность развивалась за счет собственных ресурсов, в отличие от «колониального резерва» Франции и Великобритании. Весомая часть продукции сбывалась на внутреннем рынке, развивая внутреннюю торговлю. Не происходило «силового сбыта» товаров метрополии в колониях, как это было принято у европейских колониальных держав.

Теории заговора: почему люди в них верят?
Теории заговора: почему люди в них верят?

Жесткость правительственного курса Николая I на поддержание протекционизма в экономике усиливалась антизападной идеологией и беспрецедентной цензурой общественной жизни. Идеи свободного рынка французских и английских экономистов воспринимались в русском обществе как мысли «якобинского» толка, потому считались маргинальными. Кроме того, активно пропагандируемые Западом идеи «весны народов» (аналоги современных цветных революций), возникшие в XIX веке, были призваны «возбудить» сепаратизм в польской и финляндской части Российской империи, что считалось прямой антигосударственной деятельностью.

Между тем к середине XIX века в России сформировалась трудноразрешимая проблема, к масштабному решению которой царское правительство приступило слишком поздно. Топливный дефицит в металлургии сильно ограничивал рост выплавки стали и чугуна. Леса вокруг литейных заводов были вырублены, объемы производства не росли в должной мере, сталкиваясь с дороговизной доставки дров. Дефицит металла отрицательно сказался на распространении передовых технологий металлообработки, включая нарезные стволы («штуцера») для стрелкового вооружения. Возникла настоятельная необходимость соединить угольные и рудные месторождения. И если в Европе логистических проблем, кроме многочисленных границ, не существовало, то российские крепкие морозы и длительная распутица в межсезонье покорялись только железным дорогам. В правительстве Николая I задумались над масштабным развитием железнодорожной сети России.

Protectionism
Фото: vox.com

Историки полагают, что планы по развитию железнодорожной сети в России серьезно обеспокоили западные элиты. Зная богатство восточного соседа разнообразными природными ископаемыми, деловые круги Запада оценили перспективы потери лидерских позиций на рынке производства промышленных товаров, в том числе и стратегического назначения.

Решение проблемы усиления экономики России западные элиты перевели в область военного противостояния с сопутствующей антироссийской пропагандой. Крымская война стала первой войной, при которой экономический потенциал страны значил больше, чем солдатская доблесть. Между тем в 1853-1856 годах подразделения российской армии дислоцировались не только на Крымском полуострове. Значительные силы, вооруженные, в том числе и «штуцерами», располагались вдоль западных границ, в качестве сдерживающего фактора для страны «недружественного нейтралитета»: Австрийской империи, Пруссии, Германских государств, Швеции.

Renault: история легендарной компании
Renault: история легендарной компании

Одним из итогов войны стало снятие ограничений для товарной экспансии западной продукции на российский рынок. Так западные державы военным путем достигли главной цели в противостоянии с Россией — затормозили темпы независимого экономического развития империи, силой открыв границы для сбыта своей продукции в обмен на сырье и золото.

Ученые-историки полагают, что колоссальные территориальные требования к России, выставленные западными державами перед войной (отторжение Крыма, Кавказа, Аландских островов, Финляндии, Прибалтики, восстановление Польского королевства) являлись инструментом для «переговорного обмена» на сугубо экономические требования по устранению протекционистских барьеров. Западные деловые круги, промышленная и торговая элита, видели большую опасность в дальнейшей закрытости экономики России. Они понимали, что через пару десятилетий жесткий российский протекционизм достигнет главной цели — независимости от западных экономик. Поэтому на средства для ведения Восточной (Русской) войны британские и французские элиты не скупились с самого начала.

Однако запас устойчивости финансовой системы российской экономики неожиданно для противников оказался прочнее, чем ожидалось. Российская империя в одиночку справилась с затратами, едва осиленными членами антироссийской коалиции — Французской, Британской и Османской империями.

Для главного инициатора Крымской войны, Британской империи, ход военных действий оказался настолько тяжелым, что после публикации в центральных изданиях Лондона писем английских солдат из Крыма кабинет лорда Абердина подал в отставку. Малопонятные английскому обществу итоги крымской кампании и мизерные территориальные уступки проигравшей войну России послужили причиной бурления в английском обществе, что вызвало беспокойство за свое политическое будущее английского премьер-министра виконта Палмерстона.

Маргарет Тэтчер — железная леди на века!
Маргарет Тэтчер — железная леди на века!

После Крымской войны позиции протекционистов в царском правительстве ослабли. Но многие технологические наработки в промышленности получили самостоятельное развитие. В 1870 году условия Парижского мира 1856 года были Россией денонсированы. Но возврат к протекционизму произошел только вместе с установлением государственного консерватизма при Александре III. Убийство царя Александра II послужило причиной сворачивания либеральных реформ. Вместе с этим вновь был усилен протекционизм российской экономической политики. Техническая мысль русских изобретателей получила всемирную известность. После 1894 года Николай II допустил значительное усиление зарубежного финансового капитала в России, но технологии начала XX века, развитые в России, уже позволили сформировать машиностроительную отрасль со своими инженерными школами. Авиастроение накануне 1917 года в царской России достигло международного уровня. Некоторые реализованные практически проекты опережали технологии французов, тогдашних лидеров авиастроения.

Protectionism
Фото: wikiwand.com

Уровень промышленного потенциала России в период Первой мировой войны отражен в данных по выработке электроэнергии: 4,73 млрд кВт/ч в 1916 году. После 1917 года близких значений промышленность советской республики достигла только в 1928 году — 5 млрд кВт/ч выработанной электроэнергии в результате внедрения плана ГОЭЛРО. Эксперты при сравнении данных, делают акцент на неполноте статистических данных по промышленному потенциалу царской России, потому приведенные данные за 1916 году следует считать приблизительными. Прирост темпов развития промышленности в период Первой мировой войны составлял до 7% в год, выведя Россию на третье место среди индустриально развитых стран.

Первая мировая война, смена власти и последовавшая Гражданская война отбросили промышленный потенциал на уровень начала XX века. Вернула стране промышленную мощь, приумножив ее, только индустриализация 1930-х годов.

Короткий век парагвайского «экономического чуда»

В другой части мира, в Южной Америке, маленькая страна Парагвай с 1864 по 1870 годы сопротивлялась одновременной оккупации трех соседних стран — Бразилии, Аргентины и Уругвая. Как и Крымская война, Парагвайская война была развязна на английские деньги. Английские войска в Южную Америку отправлены не были — британское правительство помнило печальные итоги войны с Россией. Союзникам — Бразилии, Аргентине, Уругваю — были выделены кредиты для организации полноценных военных действий.

Сатоши Накамото — таинственный основатель Bitcoin
Сатоши Накамото — таинственный основатель Bitcoin

Причиной Парагвайской войны стала независимая государственная экономическая политика протекционизма парагвайского правительства. После получения независимости в 1811 году Парагвайские лидеры пытаются ограничить иностранное влияние в стране. Буржуазные предприятия, занятые выкачиванием ресурсов были закрыты. Государство выстраивает экономику на автаркической основе. Внешние долги сокращаются, экспорт растет за счет полной монополизации внешней торговли. На вырученные средства привлекаются не иностранные инвестиции, но иностранные специалисты. В больших масштабах (для середины XIX века) происходит строительство промышленных предприятий, ликвидируется безграмотность. Иностранный капитал изгоняется из страны. Население с 1820 по 1860 годы вырастает с 220 тысяч до 400 тысяч человек.

Protectionism
Фото: ft.com

Ущемленные интересы деловых и политических кругов соседних стран и бывших метрополий за океаном послужили поводом для организации активной военной пропаганды. Начинается война. Фатальное для парагвайских отрядов численное преимущество оккупационных армий, оснащенных англичанами по последнему слову техники, не оставило шансов на победу. Лишенная морских поставок страна сопротивлялась несколько лет. Далее последовал чудовищный геноцид населения, активно сопротивлявшегося захватчикам. Парагвай превращается в руины.

Напуганные «парагвайским» эффектом роста экономики английские и европейские круги единогласно приняли решение об истирании памяти о «парагвайском экономическом чуде». Появляются многочисленные статьи в СМИ, труды историков и этнографов, шельмующих историю независимого Парагвая до 1870 года, как череду диктатур, угнетающих собственное население.

Свободный рынок как миф для колоний

Приведенные примеры экономических рывков «восточноазиатских экономических тигров», драматические истории экономического развития России и Парагвая являются ярким доказательством ограниченного влияния свободных рыночных отношений на экономические успехи.

Alibaba — успешная компания с особой корпоративной культурой
Alibaba — успешная компания с особой корпоративной культурой

Пропаганда свободного рынка, как единственной возможности сделать государство сильным и процветающим, существует уже больше двух веков. И на протяжении этих лет экономическая история развитых стран отмечена тысячами законодательных актов в экономике, знаменующих собой обыкновенный протекционизм. Многие годы идеи свободного рынка внедрялись в массовое сознание как неопровержимые догмы. Государственное участие в экономических процессах считалось недопустимым, авторитарным. Экономическая история, в отличие от политической, связана с цифрами. И эта история доказывает, что каждая развитая страна, так или иначе, внедрила систему государственного экономического регулирования во все отрасли: от сельского хозяйства до металлургии.

Анализ экономических систем государств развитого мира обнаруживает обратную связь пропаганды свободного рынка идеологическими институтами и планомерным протекционизмом в институтах экономических.

Пропаганда идей свободного рынка всегда направлялась и направляется во внешнее информационное поле в качестве инструмента воздействия на общество и элиты тех стран, которые должны стать импортерами, и экономический потенциал которых представляет конкурентную угрозу.

Исторически наиболее активными пропагандистами развития свободного рынка были представители торгово-купеческих кругов. В их интересах было максимальное увеличение товарных потоков. Промышленники, заинтересованные в увеличении объемов сбыта подыгрывали купцам, вкладывая свою лепту в развитие пропаганды свободного рынка.

Конформизм — Нет стадному рефлексу
Конформизм — Нет стадному рефлексу

Сегодня собственная экономика развитых стран выстроена по жестким правилам, не дающим шанса «рыночному хаосу» разрушить систему экономическую систему. Яркий пример вмешательства государства в экономику с целью уменьшения доли слабо прогнозируемых процессов в экономике — экономическая политика дирижизма (от французского diriger — управлять). Дирижизм активно практиковался во Франции в 1940-е годы, высокоразвитой стране, являющейся сегодня лидером ЕС. Такая политика государственного управления отраслями экономики была присуща не только Франции.

Protectionism
Фото: microeconomicinsights.org

Специфика пропаганды идей свободного рынка — безоговорочное убеждение в эффективности рыночных механизмов. Главный тезис такой пропаганды — никаких альтернатив для успешного экономического развития, кроме свободной рыночной экономики, не существует.

Часто аргументы сторонников свободного рынка доходят до абсурда. Так они рекомендуют прекратить инвестиции в отрасли, прибыльность от которых ниже, чем в странах с развитой экономикой. Предлагается так называемое маневрирование ресурсами. Рекомендуется найти и развивать ту отрасль экономики, которая выведет страну в положение лидера. А уже на часть прибыли, полученной от экспорта товаров самой рентабельной отрасли, следует закупать продукт, который страна произвести не может в достаточном количестве. Подобный расклад в инвестиционном портфеле государства чреват крахом целых отраслей. Часто после этого приходит зависимость от стран-экспортеров со всеми вытекающими последствиями. Особенно губительным оказывается следование подобным принципам в сельскохозяйственной отрасли, когда многократно вырастают риски для продовольственной безопасности государства.

Внедрение принципов свободной рыночной экономики в странах бывшего соцлагеря всегда в первую очередь разрушало наукоемкое высокотехнологичное производство. На месте авиастроительных, приборостроительных предприятий появлялись торговые центры, часто в тех же зданиях и корпусах, где до этого размещались цеха.

Пирамида потребностей по Маслоу
Пирамида потребностей по Маслоу

По сути, главный тезис апологетов свободного рынка звучит так: не делайте у себя в стране того, что можно купить у нас. На эту тему написано множество томов экономической литературы, посредством которых аксиомы свободного рынка уже десятки лет внушаются элитам развивающихся стран.

Идеология свободной рыночной экономики уже давно «завернута» в наукообразную «обертку» из терминов и понятий. Та же концепция Адама Смита, одного из основоположников умозрительного свободного рынка, никогда не применялась на его родине в Англии. Жесткий протекционизм Британского кабинета являлся нормой, неопределенность среди деловых кругов всегда считалась опасной чертой любого общественного процесса.

Очевидное противоречие между продвигаемыми ВТО принципами свободного рынка и отрицательным воздействием правил свободной торговли на экономику развивающихся стран выразилось в тупиковом характере очередного раунда переговоров. 9 раунд стартовал в 2001 году в Дохе и не завершен до сих пор. Главная причина сложившейся патовой ситуации — требование развивающихся стран сохранить протекционистские преференции для своих экономик.

3
Содержание Поделиться